Архитектура катастроф

Суперсаманные постройки. Cal-Earth

Катастрофы и войны оставляют миллионы бездомных во всем мире. Могут ли им помочь архитекторы?

Этой проблеме посвящена статья «Надежное убежище» (Safe haven) Кэти Лэнг Хо (Cathy Lang HO), опубликованная в журнале «Архитектура» (Architecture) в ноябре 2002 г.

Автор публикации отмечает, что оставшихся без жилья в результате природных, экономических или политических катастроф людей, являющихся предметом особой заботы и беспокойства Высшей Комиссии по делам беженцев при ООН (The United Nations High Commission for Refugees (UNHCR), сегодня насчитывается около 20 млн - это каждый трехсотый человек в мире. Сотни тысяч афганцев и иракцев сейчас находятся в состоянии вынужденной миграции, пытаясь избежать конфликта. Наводнения последних лет в Индии и Сенегале также оставили бесчисленное количество бездомных. Боснийские беженцы все еще пытаются вернуться в свои дома, несмотря на полную разруху. К этому можно прибавить еще миллионы людей, лишившихся крова по самым разным причинам в Колумбии, Индонезии и других странах.

Вследствие катастроф, вызванных природными и человеческими факторами, организация экстренного жилья, обеспечение людей пищей и водой стали чуть ли не самой актуальной проблемой для органов местного управления, национальных агентств и международных гуманитарных организаций.

Временное жилье (убежище) для вынужденных переселенцев - достаточно изученная в архитектуре тема, включающая в себя вполне освоенный пласт строительства легких, мобильных, переносных, низкобюджетных домов. Тогда почему же, несмотря на столь богатое разнообразие выбора и путей, предлагаемых новым молодым нестандартно мыслящим поколением архитекторов, спрашивает автор статьи, лагеря беженцев и вынужденных переселенцев являют собой унылое зрелище фанерных домиков и брезентовых палаток?

Это не есть следствие отсутствия идей и желания помочь, это не есть отсутствие творческого вдохновения архитекторов, считает Лэнг Хо. В 1999 г., отмечает она, общественная благотворительная организация «Архитектура для человечества» (Architecture for Humanity), занятая поисками архитектурных и проектных решений гуманитарных проблем, объявила конкурс, посвященный созданию временного жилья в Косово, где половина всех домов напоминает груду каменных развалин. Соспонсор конкурса организация «Ребенок войны» (War Child) - это сеть независимых благотворительных организаций, помогающих детям, пострадавшим в результате военных действий, жалуется на отсутствие финансовой поддержки. Именно поэтому многие проекты, а их было около 300 из 30 стран мира, так и не были реализованы.

Но некоторые конкурсанты действовали самостоятельно. Это ярко продемонстрировал Шигеру Бэн (Shigeru Ban) из Японии, являющийся одновременно дизайнером, проектировщиком и политиком. Он спроектировал элегантные дома из искусственной бумажной древесины (paper log houses), построенные в Кобэ (Kobe) после разрушительного землетрясения 1995 г. Впервые с опытом экстренного строительства Ш. Бэн столкнулся в Руанде (Rwanda) годом раньше, где он работал в составе группы ООН (UN). Бэн был настолько захвачен идеей создания проектов временных домов, что сам нанял студентов и собрал деньги, вложив в этот проект часть своих собственных сбережений. «Это было вовсе неплохой инвестицией, - отмечает Лэнг Хо, - ибо взамен он снискал мировое признание».


Общеизвестно, что в строительстве временных домов предпочтение отдается дешевым, легко транспортабельным или местным материалам. Наряду с использованием легких бревен, изготовленных из специально переработанной бумаги, основная находка Бэна заключалась в применении пластиковых ящиков из-под пива для строительства фундамента.

Голландцы Кортехни и Штульмахер (Korteknie en Stuhlmacher) спроектировали временные дома из ламинированного дерева, которые могут пристраиваться к уже существующим и сохранившимся строениям. Реализованный ими в мае 2001 г. проект «Паразитарная архитектура» был задуман для выставки, посвященной новым формам городского строительства в Голландии (Holland). Временный дом (рис. 1) пристраивается к «дому-хозяину». Массивные листы ламинированных деревянных панелей легко разбираются для повторного их использования в других местах. «Дом-паразит» подключается к существующей инфраструктуре: электросетям, водопроводным линиям и т.д. Райен Кортехни, директор фирмы «Кортекни и Штульмахер архитектен» (Korteknie en Stuhlmacher Architecten, Rotterdam), разработавшей эту архитектурно-строительную концепцию, верит, что его проект найдет свое применение в экстренном строительстве в условиях города.

Еще одни финалисты Косовского конкурса, команда, состоящая из Майкла Лолесса (Mike Lawless) - Восточный Сассекс, Англия (East Sussex, England) и Марка Уитби (Mark Whitby) - Лондон (London), предусмотрели возможность использования системы легких проволочных габионов, которые на месте заполняются галькой.

Действуя в том же ключе, архитектор иранского происхождения Надер Халили (Nader Khalili) создал технологию, названную им «суперсаманной» («superadobe») и использующую землю на месте строительства как основной строительный материал. «Суперсаманная» система была разработана им для возведения лунных колоний по заказу NASA в 1984 г. Но его планам суждено было сбыться на Земле, отмечает Лэнг Хо. В 1991 г. Калифорнийский институт искусства и архитектуры Земли (The California Institute of Earth Art and Architecture, известный как Cal-Earth), основанный Халили, протестировал опытные образцы «земляных куполообразных строений» (dirt-dome prototypes), благополучно прошедших испытания на сейсмоустойчивость. Дешевые легковозводимые устойчивые дома-куполы сконструированы в основном из материала, который лежит прямо под ногами. Стандартные мешки для песка из полипропилена от 14 до 18 дюймов в диаметре и до 1 мили длиной заполняются почвой, песком или глиной, заворачиваются в круглую или спиралевидную форму, укладываются на месте при использовании колючей проволоки между каждым слоем, действующей подобно известковому раствору в кирпичной кладке. Один дом до 60 футов шириной (1 фут равен 0,3048 м) может быть возведен в течение дня семьей из четырех человек (рис. 2). Он может просуществовать десятилетия, если в почвенную смесь добавить цемент или покрыть внешнюю поверхность стен слоем штукатурки, как было сделано в Южном Иране (рис. 3).

«Эти дома превращают материалы войны - мешки для песка и колючую проволоку - в материалы мира», - заметил как-то сам Халили, разрабатывающий проекты жилья для беднейших слоев населения мира.

В 2001 г. Омар Бэкхет (Omar Bakhet) и Лоренцо Хименес де Луис (Lorenzo Jimenez de Luis), работавшие в то время на подразделение быстрого реагирования в рамках Программы Развития при ООН (the Emergency Response Division of the UN Development Program (UNDP), посетили Институт Халили и спали в его куполообразных домах. Найдя эти сооружения стабильными, легко возводимыми и достойными для проживания, они рекомендовали «суперсаманные» постройки как возможное решение жилищной проблемы для беженцев на Ближнем Востоке.

По просьбе Высшей Комиссии по делам беженцев и членов Программы Развития при ООН Халили обучил своему строительному методу архитектора, занятого в ООН, который в свою очередь научил беженцев строительству подобных домов в своих регионах. На сегодня более десятка таких домов уже построено в Южном Иране (Southern Iran).

Использование местного материала оказалось логически правильным: такие дома, созвучные культурному и природному контексту, помогают беженцам снять психологическую травму, полученную в результате потери собственного дома. По мнению Хименеса де Луиса, беженцы хотят жить в том, что напоминает их собственные дома. (А это значит, что, например, боснийцы чувствовали бы себя не очень уютно в саманных постройках.)

Все чаще и чаще правительства и агентства по делам беженцев и переселенцев думают о том, что временные жилища должны стать базисом для долговременного коммунального строительства и экономического развития областей. Временные постройки для беженцев используются, как правило, в течение нескольких лет, и некоторые архитекторы разрабатывают варианты превращения временного жилья в постоянное, лагерей беженцев - в основу новых городов и поселков. Над этим давно работают нью-йоркские архитекторы Дебора Гэнз (Deborah Gans) и Мэттью Джеласик (Matthew Jelacic), развивающие проект «Экстремальный дом» (Extreme House project), также финалисты косовского конкурса.

Сборно-разборные дома, предложенные ими, собираются из панелей в ячейки, образуя простую ванную комнату и кухню. Они могут быть огорожены и покрыты крышей из любого доступного подходящего материала: ткани, дерева или пластика.

Основываясь на системе лесов, эти ячейки могут быть пристроены к существующим зданиям или их остаткам, что позволит укрепить разрушающиеся конструкции. По словам экспертов, «Экстремальный дом» оказался единственным проектом, включающим все необходимое оборудование для туалета, ванной комнаты и кухни. Основа ячейки - стальная рама, снабженная панелями из стали или фибростекла, которая очень удобна для транспортировки морем, поскольку она входит в грузовой судовой контейнер.

Весной 2001 г. коллектив архитекторов и художников из Японии «Технокрафт» (Technocraft, Tokyo) выиграл конкурс, посвященный посткатастрофному строительству. Конкурс был спонсирован японской компанией по производству пластмасс «Такирон» (Takiron) при судействе знаменитого японского архитектора Шигеру Бэна, упомянутого выше. «Технокрафт» спроектировал временное жилище, состоящее из использованных пеньковых мешков, обычно применяемых в японских деревнях для хранения зерна (рис. 4). При постройке одного жилища палаточного типа используется 100 мешков, которые сохраняют баланс с помощью восьми тугонатянутых тонких тросов, благодаря гиперболоидно-параболлической конструкции (hyperbolic paraboloid). Строение, в плане напоминающее крест, может отвечать любым нуждам. Его «крылья» могут стать кухнями, ванными, туалетными или личными комнатами. Если требуется больше жизненного пространства, то к уже существующему модулю присоединяется другой такой же модуль.


Однако, как уже отмечалось автором статьи, отсутствие фондов и бюрократическое бездействие правительственных чиновников и международных агентств по делам беженцев остаются основными причинами превалирования брезентовых палаток в Тиморе (Timor), регионе Великих Озер в Африке (Africa,s Great Lakes region), на Балканах (The Balkans) и в других затронутых катастрофами «карманах мира» (pockets of the world).

Как заметил Хименес де Луис, недавно назначенный представитель UNDR в Гондурасе (Honduras), «мы можем осуществить наше собственное исследование и дать рекомендации и представления. Но мы не можем войти в суверенное государство и вынудить местное правительство делать что-либо из рекомендованного нами».