Стартовые условия: люди и институты

Россия вступает в новый век с крайне противоречивыми стартовыми условиями для инновационного маневра. В пантеоне нашей школьной истории значительное место занимают фигуры мирового уровня — ученые, изобретатели, инженеры, гении-самородки, кустари-новаторы. Еще свежа память об уникальном историческом явлении — полном научном комплексе СССР, о мировом лидерстве в таких сверхинновационных отраслях, как космос или создание отдельных видов вооружений. Но вместе с тем, не изжиты, а отчасти и усугублены системные пороки:

• крайне зауженный сектор инноваций, ориентированных на престиж, идеологию и оборону, на силу и славу власти, но не на потребности человека (тем более на массового потребителя);

• хронически не решаемая «проблема внедрения»; попытки навязывания инвестиций экономике, «органически» отторгающей инновации, вместо создания экономики, к инновациям восприимчивой и их активно востребующей;

• обеспечение инновационных прорывов «любой ценой»; стремлению извне зарегулировать инновационный процесс «просвещенным» администрированием.

Планка, задаваемая нашим прошлым и вызовами не нашего будущего, предельно высока, но стартовые условия удручают.

Производство «мозгов» и знания остается в России для людей — делом подвижников, а для страны — еще одной «сырьевой» отраслью, предметом дармового экспорта, за наши же средства увеличивающего отрыв глобальных конкурентов. В то же время, инновационный потенциал России, в первую очередь определяемый качеством человеческого капитала, по-своему уникален и составляет наше второе «естественное преимущество», в перспективе на порядок более значимое, чем природные богатства. Историческая беда в том, что эти «богатства» (недра и мозги) слишком часто конфликтуют, вместо того, чтобы давать положительный резонанс.

Проблема в условиях, в среде. Если эти же люди за рубежом творят чудеса творчества и вершат инновационные подвиги, значит, проблема в институтах и практиках. В этом веке инновационный маневр для России начинается даже не с инвестиций, посевных, инкубаторов или технопарков, а с устранения препятствий и сброса балласта, прежде всего со стороны власти. Первый лозунг инновационного старта — не мешать! В том числе — чрезмерным участием и отягощающей «заботой». Инновационная стратегия власти должна сменить тон с амбициозного на самокритичный: пока главным ограничителем развития является само государство. Его стимулирующие действия могут быть локально полезными, но в целом это попытка форсировать мотор при заблокированных автомобильных тормозах.

России в этом веке необходим полноценный инновационный процесс, а не демо-версия «экономики знания» — максимум, на что способно ручное управление интеллектуальным процессом и научно-техническим творчеством.

В связи с вышесказанным требуется уточнение стратегической установки.

Задача в том, чтобы создать экономику, генерирующую инновации, а не генерировать инновации для их мучительного внедрения в экономику.  Новая глобальная конкуренция осуществляется в двух основных направлениях:

• люди, их квалификация, знания и навыки, их активность, дух инновационности и предприимчивости, способность работать сообща и не только за плату, но и во имя достижения общенациональных целей;

• институты и практики, учреждения, законодательство и правоприменение и т.д., вплоть до идеологической и политической ситуации, либо располагающей к реализации самого духа инновационности, либо его блокирующей.

На уровне официальной риторики уже признано, что главная ценность и главный потенциал будущего (а, строго говоря, уже и нынешнего) развития — это так называемый человеческий капитал, его наличие и динамика, его качество.

Если эти слова начнут обретать плоть, сохранение и наращивание человеческого потенциала будет идти по двум основным направлениям.

Во-первых (именно во-первых – с учетом временного лага формирования новых поколений), предстоит решить задачу расширенного воспроизводства «человеческого капитала». Наша система образования должна быть перестроена не только в плане ориентации на новое знание и инновационную прагматику, но и в плане ориентации на ценностные установки и мораль, отличающие инновационный социум от ресурсно-сырьевого. Формирование нового поколения — процесс, имеющий вполне определенный временной лаг, поэтому запаса времени на реформу институтов образования и воспитания практически нет.

Во-вторых, при всей неоднозначности темы утечки мозгов для развития науки как таковой («глобальный интеллект»), эта проблема для страны существенна и уже стала критичной. Для предотвращения исхода интеллектуальных кадров и их возврата необходимо формирование, как минимум, нормальных, конкурентных условий для самореализации. Не менее важно создание соответствующей политической и общественной среды, которая не заставляла бы краснеть и не оскорбляла бы всякого рационально мыслящего, все понимающего и уважающего себя человека. Сейчас это – важнее денег.

Меняется система финансирования науки и инноваций. По мере проведения институциональных реформ будет взята на вооружение система, принятая в развитых странах: государство финансирует фундаментальную науку и особо крупные и (или) перспективные проекты, но сроком на 3—4 года; далее если эти направления не подхватывает бизнес, финансирование из федерального бюджета перераспределяется.
Поскольку инновационный маневр начинается в почти боевых условиях, необходим гражданский контроль за расходованием средств, выделяемых на такие проекты — не менее жесткий, чем за обоснованием и расходованием военного бюджета.

Государство всеми доступными ему средствами обеспечивает продвижение российских инноваций на мировых рынках, гарантирует недискриминационные условия конкуренции. Оно также содействует участию России в крупнейших международных  исследовательских проектах, роль которых в будущем будет усиливаться в связи с резким удорожанием современной науки и усложнением обслуживающей ее исследовательской техники.

Но при этом не менее важная для инновационного маневра задача государства — обеспечение оптимальных условий для отечественных, локальных, в том числе сверхмалых проектов (микроинновации). В этом, пожалуй, наиболее радикальный разворот инновационной стратегии российского государства.

Главное же необходимое изменение в инновационной экономике и экономике инноваций заключается в создании условий, в которых корпорации гоняются за носителями знания и нематериальными активами, а не наоборот.

Особенности инновационной среды стран—лидеров инновационного развития достаточно описаны. Это:

• наличие вариативного прогнозирования и стратегического планирования на долгосрочную перспективу;

• участие в формировании единого мирового научно-технического пространства и рынка высокотехнологичных товаров и услуг с ограниченным кругом участников;

• закрепление на рынке высокотехнологичной продукции на основе определенной технологической специализации (отражающей развитие критических технологий в данной стране);

• формирование глобальных механизмов получения и перераспределения ренты от монополии на знание и высокие технологии;

• создание национальных инновационных систем, интегрированных на международном уровне и охватывающих весь комплекс институтов, обеспечивающих генерацию знаний и инноваций, развитие и коммерциализацию новых технологий;

• активная государственная поддержка условий, способствующих повышению качества людских ресурсов (человеческого капитала);

• тесное сотрудничество между бизнесом и государством, активная экономическая дипломатия, режим благоприятствования при освоении новых сегментов мирового рынка.

Вместе с тем, есть целый ряд «внешних» (по отношению к собственно инновационной системе) условий, без которых любые попытки начать и продвинуть инновации в системном порядке обречены на провал. Эти условия давно описаны, но по-прежнему остаются актуальными. Среди них:

• экономическая свобода;

• отсутствие коррупции;

• отсутствие бюрократических барьеров;

• совокупность условий для развития малого бизнеса;

• конкурентоспособность;

• доступность венчурного капитала;

• лояльное отношение общества к коммерческому успеху;

• защищенность от криминала и произвола чиновников;

• механизмы исполнения контрактов.

Этот перечень условий можно уточнить и продолжить. Однако уже из вышеизложенного ясно, что главные приоритеты в обеспечении инновационного маневра — старта и развития — лежат не столько в самой инновационной, научно-технологической сфере, сколько во «внешних» условиях. Поэтому любые стратегические разработки, любые планы, а тем более отчеты в области продвижения инноваций должны начинаться и заканчиваться изменениями этих условий. Первый список (специальная поддержка инноваций) не имеет смысла без реализации второго (условий самой их возможности).