Среднее царство и скульптура

Новые правители страны были родом из Фив (21-18 века до н. э.) - одного из южных центров, не имевших за собой пока никаких славных традиций. Они объединили страну и образовали XI династию фараонов. Столицей сначала оставались Фивы - резиденция новых царей и место их погребения.

Гробницы знати, как и раньше, имели формы мастаб. Повторение образцов Древнего царства отчетливо заметно и в придворном изобразительном искусстве. Статуи царей выдержаны в той же иконографические черты. Статуи вельмож в основном следовали образцам царской скульптуры.

Росписи гробниц придворной знати воспроизводят старые, образцы. Достаточно сравнить сцену охоты в пустыне в пирамидном храме фараона Сахура и в гробнице везира времени начала XII династии Антефокера, чтобы в этом убедиться.

Существовали и скальные гробницы. Стены здесь покрывались росписями или цветными рельефами, потолки расписывались различными орнаментами, часто воспроизводя плетения циновок.

Однако общая обстановка была теперь уже иной, и искусство не могло надолго ограничиваться повторением прошлого, тем более что и перед придворными мастерами вскоре же встали и другие задачи - не только показать правомочность новой династии, но и прославить конкретных ее представителей. Этому способствовало и то, что скульптуры фараонов теперь ставили и в храмах, посвященных культу различных божеств. Тем самым статуи делались доступными для обозрения многих людей. Памятник, прославляющий определенного правителя, требовал больше внимания к индивидуальному образу. Это отражается уже на трактовке некоторых статуй фараонов, правивших в начале династии. Решающее же значение для изменения стиля придворных мастерских имели памятники, создававшиеся в это же время в местных центрах, особенно в городах Среднего Египта. Эти области, получившие самостоятельность в течение конца Хотя здесь правили теперь в основном номархи, не сопротивлявшиеся фараонам фиванцам, однако они еще чувствовали себя хозяевами своих областей. Из их среды часто выдвигались крупные полководцы, способные администраторы, наместники Нубии.

Статуй номархов до нас почти не дошло, однако известно, что некоторые достигали огромных размеров. Так, статуя номарха Тхутихотепа имела в высоту 6, 5 метра и была высечена скульптором Сеном из целой глыбы алебастра. В гробницах все же найдено достаточное количество скульптур, позволяющих определить характерные для каждого центра стилистические особенности.

Очень интересны статуэтки слуг, часто объединенных в целые группы. (Пастухи, прогоняющие стадо мимо хозяина, лодки с гребцами, вереницы носильщиков, мастерские ремесленников, кухни с персоналом, приготовляющим пищу.) Занятые своим трудом, фигурки показаны в соответствующих позах, и группы кажутся полными жизни. Очень выразительны отряды воинов - копьеносцев-египтян и нубийских лучников. Каждый отряд размещен на доске: воины идут, построенные строгими рядами, и различный уклон луков и копий создавалось впечатление быстро движущегося войска.

Характерные для искусства местных центров поиски возможно более близкой передачи природы и человека отчетливо проявились в рельефах гробниц. Для этих произведений типичны самостоятельные решения традиционных композиций и общая реалистическая направленность. Показательно, например, как здесь передается та же сцена охоты в пустыне, о которой говорилось выше. В гробнице Сенби (14-й ном) мы нет ни обычных рядов, по которым расположены звери, ни выполненной по принятым канонам фигуры самого охотника. Здесь все полно жизни. Охотник и его спутник одеты так, как они одевались в подобных случаях. Характерно, что оба показаны одинакового роста. Мастер хорошо передал фигуру человека, остановившегося на бегу и натягивающего тетиву, чтобы поразить выбранную жертву. Мы чувствуется, как напряженно целится Сенби, как опирается он на одну ногу, наклонив вперед корпус. Прекрасно изображены и звери на фоне холмистой степи. Имеются и другие интересные варианты этой сцены. Помимо иной трактовки прежних сюжетов встречаются и новые, например приход кочевников-семитов. Возможности для самостоятельного творчества в таких случаях были особенно велики: художник точно воспроизводит непривычные для него облик людей, их одежду, оружие.

Для второй половины Среднего царства характерен расцвет придворных мастерских, на произведениях которых теперь заметно влияние искусства местных центров. Следует отметить, что стиль этого искусства отвечал общим потребностям периода и, постепенно завоевав прочные позиции, отразился и на официальных памятниках. Этому способствовали и иные требования, которые предъявлялись к царским статуям, - отсюда пошло и увеличение размеров статуй и стремление подчеркнуть конкретные черты данного фараона. Это стремление, заметное уже в начале XII династии, во второй половине ее правления получило широкое распространение. Тогда были созданы портреты Сенусерта III и Аменемхета III , некоторые из них относятся к лучшим произведениям египетской пластики.

Выдающийся памятник этой группы - голова небольшой обсидиановой статуи в Метрополитен-музее, творцом которой, несомненно, был один из крупнейших скульпторов, когда-либо работавших в Египте. Здесь нет ничего условного, традиционного. Глаза глубоко сидят в орбитах, индивидуальные черты переданы с большой наблюдательностью, ощущается и возраст - на лице морщины, опущены углы рта. Одним из важных стилистических приемов, позволивших сообщить памятнику большую выразительность, явилась усиленная игра света и тени.

Теми же стилистическими чертами отмечены и другие царские статуи данного периода, равно и скульптуры цариц.

В искусстве местных центров, наоборот, подчас наблюдается некоторая утрата самостоятельности, творческая самобытность сменяется стандартом. Характерно повторение портретных черт фараонов на ряде статуй частных лиц. Однако продолжали создаваться и по-прежнему свежие, интересные памятники.

Таким образом, теперь реалистические стремления проявляются и в местном и в официальном искусстве. Для ряда произведений мелкой пластики характерен интерес к передаче возраста, этнических особенностей, социального положения. Очень важно внимание к отражению чувств - материнской любви, горю женщины, оплакивающей умершего. Еще живее, чем раньше, изображаются животные.