Архитектура и строительство

Согласно одному из определений, архитектура есть проектирование сооружений. Одно из определений строительства гласит, что они суть оболочки длительного пользования для контролируемых условий среды - т.е. создание окружения, отвечающего определенным (как правило человеческим) функциям.

Из этих подходов выросли специализированные области знания. Наука о среде занята преимуществен но количественными описани ями того, что считать от вечающим физическим по требностям человека: каковы температурные пределы, в которых мы ощущаем себя комфортно или сколько света необходимо, чтобы читать или готовить на кухне. Эти ве личины ничего не могут ска зать о том, что такое прият ная атмосфера для чтения или готовки, но сама прият ная атмосфера зависима от тепла и света и т.д. Но ведь именно сама атмосфера при дает значение количест венным параметрам. Чтобы создать приятную и, что еще более важно, осмысленную обстановку, нам необходимо внимание не столько к количествам, сколько к качественным характеристикам.

Приятная атмосфера - что это такое

Существует множество инструментов для измерения количеств: какова, скажем, сила звука и его частотные характеристики. У нас есть множество таблиц, по кото рым эти количества можно оценивать: звук силой столько-то децибел нарушает сон или препятствует нор мальной беседе и пр. и пр. Мы используем разные инст рументы, чтобы получать объективную информацию, но все эти инструменты имеют селективный характер. Пока затели анемометра подска жут нам, где лучше размес тить ветряную мельницу, но придется внести поправку на штормовые ветры и шквал. Напротив, для размещения зданий нам нужен прежде всего учет температур и влажности господствующих ветров с поправкой на те на правления, что действительно имеют значение на месте. Чтобы все это узнать, нужно несколько инструментов, ком пьютер и терпение длиной в несколько лет, или дос таточно расспросить старо жилов-соседей. Вне всякого сомнения, инструменты раз двигают доступную нам гра ницу объективного знания, однако их избирательный ха рактер означает, что ответы инструмента не всегда в точности отвечают на наши вопросы. То, что очень часто отбрасывается прочь как при знак человеческой субъектив ности, представляет собой в действительности бессозна тельную способность синте зировать множество факто ров, потому что предпочтения всегда замешаны на бессоз нательном.

Как надеяться найти объективное основание для оценки качеств? Конечно, возможно количественно оценить ответы людей по средней ответов на множе ство позиций опросных лис тов, можно также тщательно фиксировать реакции лабо раторных животных. Не ис ключено, что на таком пути можно достигать осмысленных результатов, но меня часто отталкивали, с одной сторо ны, явная примитивность и очевидность выводов, которые как правило и так всем изве стны, а с другой - то, что я все же стараюсь сохранить в себе человека, а не клубок реакций на лабораторные импульсы. Когда мы оказыва емся в местах, где ощущаем себя особенно хорошо (или особенно плохо), вероятность того, что наши ощущения разделят и другие, достаточно велика. При этом я имею в виду не те места, которые я считаю достойными размыш ления, но именно те, где я просто нечто ощущаю.

Болезни зданий

Когда мы обнаружи ваем признаки болезни зда ний, становится ясно, качества, которые всем или почти всем нравятся или не нравятся, будь то тепло, свет, звук или что угодно еще, и в действительность суть полез ные или вредные. Наши субъективные предпочтения могут обладать изрядным значением как показатели того, хороши или дурны эти места именно для нас. Для иных научных изысканий человеческое существо явля ется, строго говоря, наилучшим инструментом. В разработке систем измерения степени загрязненности инте рьера профессор Фангер обнаружил, что оценки людей оказывались упорно более тонкими, точными и смысло выми, чем химический ана лиз1. Действительное зат руднение лежит в том, что в такой оценке присутствуют разные слои: персональное, культурное и, наконец, уни версальное. Обычно эти слои переплетены - мы просто ре агируем отнюдь не осмысляя почему. Однако научиться различать их между собой вполне возможно путем дис циплинированных упражнений в стремлении к бесстрастной объективности. Если научиться видеть за пределами персо нального, то начинаешь ис пользовать самое себя в качестве объективного инст румента для оценки качества среды.

Воздушный промежу ток между нами и незнаком цами, ощущаемый нами как комфортный, существенно меняется от культуры к куль-туре. Количественные характеристики потребностей ь пространстве вообще пре имущественно имеют культур ный характер - европейцев как правило поражают раз меры американских жилищ, автомобилей и городов. У нас конечно и персональные предпочтения размерности: одни любят уютное, другие -величественное. При этом в абсолютных величинах дис танция предопределяет ма неру, в которой мы говорим, двигаемся или фокусируем взгляд. Дистанция поэтому имеет воздействие на орга низм, независимо от наших предпочтений и ожиданий, а это в свою очередь влияет и на социальные взаимоотно шения.

Помещение и цвет

Чувство цвета глубоко персонально. У каждого есть цвета, которые он любит но сить, и те, что он не перено сит. Но есть также и мода на колористику, которая охваты вает сообщество, с относи тельной свободой от прежних конвенций. Но есть также и универсальные особенности цвета: красный ускоряет об мен веществ, тогда как синий замедляет его. Это уже физи ологический факт - каждый реагирует на стимул одина ковым образом. Известно, что разные участки спектра оказывают стимулирующее воздействие на те или иные железы: желтый - на щитовид ную, синий - на гипофиз, красный - на мужские, а фио летовый - на женские поло вые железы. Знание такого рода может использоваться для манипулирования людьми равно как и в лечебных целях. Так, в доме для трудных детей в Англии есть плавательный бассейн, освещаемый снизу, так что тела плещущихся де тей кажутся цветными: крас ный помогает активировать заторможенных детей и по буждать их к деятельности, а синий способствует тому, что гиперактивные успокаиваются и приходят в чувство.

Все цвета обладают универсальной силой воздей ствия. При этом я имею в ви ду, разумеется, не пятнышки цвета, но полное погружение в цвет, будь то цветной свет или цветное окружение, фор мируемое цветом стен, пола и потолка. Тяжелые насыщен ные цвета чрезмерно сильны, чтобы создавать комфорт, и поэтому применять их можно только с чрезвычайной искус ностью - старая традиция требует, чтобы они использо вались в виде целой гаммы оттенков и колеров, гармони зируя через контрапункт. Сильный цвет непременно манипулятивен - он домини рует над обстановкой и прочими декоративными де талями, а в чем-то и над са мим человеком. Он навязы вает настроение помещению.

В окрашивании света цвет напротив легок как дыхание. Окрашенный свет воз действует совсем иначе, чем кроющая краска - такой свет может поднять настроение, тогда как цвет стены спосо бен буквально вдавить на строение в вас. Если нет воз можности поставить прямой эксперимент, постарайтесь вообразить комнату, в которой вы находитесь, залитой желтым (синим, красным) светом или выкрашенной в эти цвета.

За исключением спе циальных помещений особого использования, цветное стекло выпадает из окружения, тем более что окна как правило служат все же тому, чтобы из них выглядывать. Нужны иные способы воздей ствия на окрашенность света в комнатах. На помощь при ходит лессировка или живо пись тонкими слоями жидкого пигмента по фактурной, грун тованной белым поверхности, когда отраженный от нее свет проходит через столь тонкий цветной слой, что он сам ед ва различим. Прозрачный свет, проходящий через зана вески оказывает тот же ожив ляющий эффект на цветность пространства.

Зеленый давно популярен как цвет равновесия, сказывающийся общей успо коенностью, сбалансирован ность - в штейнерианских школах он служит основой окрашенности классных ком нат для детей среднего воз раста. Однако нужно нема лое искусство, чтобы покрыть стены матовым зеленым, чтобы не впасть в излишнюю его тяжесть или мертвость, так как просто зеленый явля ет собой один из самых без жизненных цветов в живописи. Хуже того, есть еще и опас ность того, что отраженный от зеленой поверхности свет окрасит лица в мертвенные тона, создавая неприятный эффект. Совсем иной эффект у солнечного света, проходя щего сквозь светлую листву в нем сочетается и жизненная сила и удивительная успоко енность.

Я широко пользуюсь отражением света от есте ственных материалов и фактур. Естественно, что при этом я пользуюсь в основном белыми стенами и потолком. Там, где желателен особый цветовой климат, я применяю лессировку. Речь идет не о капризе и не случайном вы боре, не просто о цвете при влекательном и согревающем, но о сознательном выборе назначения. Вполне обычны вопросы следующего рода. Какой цвет будет способство вать превращению кафе из утилитарной забегаловки в место, где хочется назначить встречу? Какой цвет лучше подготовит наше вступление под своды церкви? Здесь не может идти речь о жестких правилах - скорее дело в вы работке чувствительности к тому, как "говорят" те или иные цвета. Следующим ша гом становится сопри частность цвета световому климату, индивидуальному в каждом помещении, и только затем - художественная раз работка этих ингредиентов.

Работа с количест венными элементами архи тектурного словаря требует развития такого рода чувствительности во всех без исключения областях. Необ ходимо научиться осознанно испытывать влияние вещей, которые обычно проскальзы вают мимо сознания, а не просто обдумывать их извне. Для этого требуется пробуж дение всех наших чувств, тех врат, через которые реаль ность обращается в наши ощущения. Чувства говорят нам о том, что важно в на шем окружении, которое мы переживаем по преимуществу с помощью чисто внешних чувств - зрения, осязания, обоняния, слуха, ощущения тепла. Архитектура, понима емая как проектирование среды, имеет в основе воспи тание всех этих способностей.

Мы всегода стремится делать нечто, что заставит место хорошо смотреться. Если мы даже не смотрим на это прямо, "послевидение" или остаточное отражение на сетчатке сказывается сочу вственной реакцией. Люди ощущают это визуальное "состояние", они могут пере сказывать, помнить его долгие годы, но если попросить их как-то нарисовать виденное, окажется, что у них вовсе нет сколько-нибудь ясной идеи, как это выглядело на самом деле! Многое в этом визуаль ном настроении, сформиро вано цветом, фактурой, мас штабностью и качеством вза имодействия видимых предме тов. Огромную роль в этом настроении играет качество света.