Архитектурное проектирование

Проектирование как вслушивание и соучастие

Адекватность пространства - это лишь са мое начало. Если ты не архи тектор, то перехода из про странства в пространство нет - есть только переход с места на место, перемещение. Но как возникают Места?

В прошлом места вы растали из небытия неспеш но, когда всякое новое зда ние, каждая поправка, да и само чувство места служили ответом изменению потреб ности. Нередко вначале был один брод через реку или перекресток и несколько по строек, затем строили мост. Затем у него появлялся трак тир, кузница невдалеке, пло щадка для торга, а чуть пода-лее - водяная мельница, еще дома, зажатые между рекой и склоном холма, затем - водо-
наборный фонтан, чтобы по-
ить лошадей, церковь и т.д.
Проходило время, и место,
образованное различными
под-местами, развивало отчетливо индивидуальные свойства.

Различные обстоя тельства, политические, гео графические, экономические, культурные, влияли на рису нок и последовательность стадий роста, результатом чего становились очень раз ные формы поселений. И все же базисный принцип всякого органичного роста един: предметная форма вырастает из деятельности, из факта сотрудничества пользовате лей и окружения.

В наше время так случается крайне редко.

Процессы и проекти рования и строительства резко ускорились. Нет дос таточного места для эволюции-, мало возможностей для того, чтобы поправить, даже если еще в процессе строи тельства стало очевидно, что поправки необходимы. Отде льные владельцы заявляют свои потребности, которые могут как-то соотноситься с нуждами самого места или не иметь с ними ничего общего. И здания и пространственные паузы между ними все чаще не являют собой ничего бо лее, чем материальные емко сти для исчисляемых про странств, соотносимых с дея тельностью: столько-то ку бических метров для того или иного.

Я счастлив тем, что люди такого типа редко ко мне обращаются. Если это все же случается, мы быстро обнаруживаем, что мы не разделяем те же ценности и потому не в состоянии рабо тать вместе, и если они сами этого не понимают, мне при ходится говорить им, что ра ботать с ними я не могу.

Когда кто-то обраща ется к профессионалу в роли советчика, уже устанавлива ются отношения специалист-заказчик. Обычно клиент обозначает определенные функциональные пожелания, а специалист свободен в на хождении наиболее удовлет ворительной формы для выс казанных потребностей. В архитектуре свобода такого рода может пониматься как возможность привнесения личностного начала в проек тирование, придание индиви дуальности его результату. Отношение делегирования полномочий, когда работа архитектора развертывается обособленно от заказчика, весьма усиливает такой архи-тектуроцентристский подход.

Я не могу и не хочу так работать: моя работа полностью зависит от моего клиента. Я не признаю за со бой права принимать реше ния, если они не имеют опоры в поддержке клиентов. В конечном счете, ведь это они несут огромные расходы, связанные со строительством, и потому я просто не имею права всего лишь навязывать им мои собственные прихоти. С другой стороны, я - наде юсь - обладаю развитой спо собностью отличить всего лишь персональные пред почтения от более глубоких и универсальных реакций людей на качества окружения. По скольку я знаю, что окруже ние может оказывать вредное или жизнетворное воздей ствие на пользователей, моя первейшая ответственность -перед этими людьми. Многих из них я никогда не встречу, многие из них вообще еще не родились - соответственно, я также не вправе стремиться к тому, чтобы удовлетворить любой каприз клиента. Имен но поэтому так важно, чтобы мы разделяли с ним одну сис тему ценностей.

В многих малых проек тах мои клиент и пользова тель совпадают в одном лице, и это упрощает ситуацию. Тем не менее, их образ соб ственных потребностей как правило искажен некими жес ткими представлениями о том, что они хотели бы выстроить.

Процесс проектиро вания в малом масштабе, будь то односемейный дом, мастерская, кафе или ферма, развертывается обычно так: заказчик-пользователь и я усаживаемся вместе для об щего "проектного разговора", который (я-то знаю, но они как правило поначалу этому не верят) длится часов пять, а то и все восемь. Перед нами будет множество листов каль ки и масштабный план участка, и мы уже к тому времени успеем обойти его кругом, приглядываясь и об суждая возможности и огра ничения, которые с ним свя заны. Конечно же, они всегда заранее знают, чего хотят. Они это видели - где-то по соседству или вдалеке или на картинке к рекламному объявлению. Они хотят как-то соединить все эти "штуки", а это уже мое дело. Так ли? Действительно ли эти застыв шие образы суть то, что им нужно, даже то, чего они на самом деле хотят для себя?

Я пытаюсь раскрыть перед ними привходящие об стоятельства, сопряженные с тем, что составляет сущность ими высказанных пожеланий. Мы обозначаем взаимоконф ликтные требования и пробу ем определить приоритеты. Мы пытаемся добраться до природы качеств того, к чему они стремятся, тех качеств, что застыли в их сознании, будто примерзнув к объектам, как будто прилагательные за стыли в роли имен существи тельных. Вникнув в природу качеств, мы уже ближе под бираемся к тому, чего они действительно хотят.

Я описываю все это в словах, но на практике боль шая часть разыгрывается в карандашных эскизах. Все время я стараюсь описать -иногда словами, указаниями на примеры, которые нам обоим известны, но в основ ном рисунками - границы, пределы для каждого предло жения и возможности, кото рое оно в себе несет. Про цесс рисования попеременно разыгрывается то в наложе нии друг на друга планов, показывающих, как собраны вместе предметы, то в разре-

Мои собственные при оритеты в проектировании суть место, отношения и последова тельность восприятия. Трудно привнести упорядоченность в процесс, когда все время со вершаются скачки от одного на строения, одной модальности к д >угим, и для решения этой за дачи все идет в ход: обход участка, планы и разрезы, лепка формы в глине, наброски (модальность и последователь ность) и наконец макетирование в бумаге или картоне (пространство). Фасады - глав ный предмет моей заботы в пе риод учебы - не более чем слу жебное выражение опыта, кото рый я стремлюсь создать.

Показывающих структуру пространства, в котором мы живем, свет, виды из окна и План, разрез и фасад воспринимаются нами качественно иначе. Планы гово рят о соотнесенности одного вида деятельности или поведения с другими; разрезы повествуют о качествах пространства и спо собе, каким свет входит внутрь, а взгляд - наружу; фасады же мы видим только, когда они встречают нас "влоб" - это бы вает редко и потому мы редко их замечаем.

Пластилин позволяет с высокой скоростью смоделиро вать и форму здания и особен ности участка, легко вносить из менения. Уже после можно снять чертежи с модели и разработать в соответствии с конструктивны ми и прочими требованиями, точности которых не может удовлетворить материал модели.

Рабочая модель в тон ком картоне хорошо отобра жает конструктивные пределы деревянной конструкции. Если в пластилине легко вылепить лю бую поверхность, то в картоне придется делать каркас почти так же, как в реальном строи тельном процессе.

У всех макетов есть од нако тот крупный недостаток, что мы столь часто смотрим на них сверху, что нелегко держать в памяти то очевидное обстоя тельство, что в реальности мы будем считывать и форму и про странство в сокращенном виде

(ракурсы). Так, трудно уделить достаточно внимания малым де тали, вроде перголы или вью щейся зелени на вертикальной решетке, тогда как в реальности они вполне эффективно блоки руют взгляд. Есть еще и сезон ные колебания: несколько сучьев зимой обернутся массой зелени летом. Наконец, объем и ско рость движения транспорта мо гут превратить незначительный по габаритам пространственный промежуток в мощный барьер, сузив наше восприятие в соот ветствии с тем, на какой сто роне этого почти невидимого барьера мы окажемся.

Время от времени мы встаем от стола, чтобы мелом обозначить границы помеще нии на полу - достаточно ли они велики? не слишком ли велики? Мы обмеряем хоро шо знакомые помещения и двигаем мебель, чтобы по нять, что же за габариты бу дут у той или иной комнаты и т.д. Если участок не слишком далеко, мы получаем возмож ность воткнуть в землю заос тренные рейки, чтобы увидеть, где будут стоять здания, что за вид будет открываться между ними и обок, как они охватят собой внешнее про странство, как пройдут до рожки. Когда речь идет о ре конструкции, мы мелом обо значим форму окон на стене, выложим досками контуры стен, мы можем встать на месте и постараться увидеть вид сквозь стену, которой здесь больше не будет...

Вообще-то нелегко пробить путем воображения границы непосредственного наблюдаемого, и потому не пременно наступает момент, когда нам нужна абстракт ность бумаги, чтобы мыслить свободно за гранью настоя щего момента. Есть еще много вещей, которые можно постичь только на листе бума ги, вроде структуры постройки за непроницаемыми для взгляда барьерами - потолков в особенности. На чертеже легко проверять разные сю жеты - может быть, как раз настало время вырезать из бумаги очертания отдельных элементов обстановки, вроде прадедушкиного письменного стола - встанет ли? пройдет ли через дверной проем?

Мы уже начали при ближаться к согласованному проектному решению, однако никогда не поздно словно сделать шаг в сторону и ис пытать возможности совер шенно другой схемы. В боль шинстве проектов мы разра батывали �